ИЛЬИНСКИЕ РУБЕЖИ - Подольские курсанты / Письмо с фронта
Некоммерческое партнёрство КОВЧЕГ
Действующее экопоселение. Калужская область, Малоярославецкий район
Главная страница / English
О нас (27.08.09)
Как вступить в Ковчег
Новости   (7 декабря 2017)
Ответы на ваши вопросы
Как доехать
Вести с полей (29.03.11)
Видеоролики (12.02.11)
Статьи: Наши мысли и опыт (09.06.2016)
Наши товары и услуги (заходите!)
Наше творчество:
Фотоальбом (20.06.17)
Почта

Скоро гостевой день:
16 декабря 2017 г.

Для желающих вступить в поселение


Ближайший спектакль:
"Призраки"
17 декабря 2017 г. в 15:00
4, 5 и 7 января 2018 г. в 15:00


Ближайшие семинары:

· Частые вопросы о семинарах

Для тех, кому неудобно приехать на семинар: "В гости в Ковчег"



Подписаться на новости
через почту


Или подписка через форму:



English version:
* Main page
* Key facts
* Photos
* E-mail



Материалы по обороне
Ильинских рубежей:
Ильинские рубежи - материалы
Ильинские рубежи - дополнительные материалы

Письмо сыну Алёше


Письмо домой одного из командиров училища...


Остались и документальные свидетельства - письма. В них желание жить, победить, вся палитра человеческих чувств в такое непростое время, когда жизнь - миг от одного выстрела до другого, от одной бомбардировки до другой, от одного письма домой до другого.

Родной Алёшка!

В минуты затишья так хочется поговорить с тобой, сын. Сейчас глубокая ночь. Сижу в большой избе. Вокруг меня спят мои дорогие товарищи. Они спят в полной выкладке: в шинелях, затянутые в ремни, обнимая винтовку и пулемёт; спят так, чтобы по тревоге немедленно, не теряя времени, броситься на оборонительные рубежи. Мне не спится, под тусклым светом ночника, пишу тебе эти строки. За столом напротив меня - комиссар. Он так же, как и я, не спит четвёртую ночь.

Сегодня особенно много думал о тебе, сынок, хотя не забывал тебя в эти страшные дни ни на минуту.

Москва в опасности. До неё, а значит, и до тебя, Алёша, - около 200 километров. Если удержим врагов на подступе к столице, значит, ты будешь жить, значит, сохраним Родину (а без неё у тебя нет будущего).

Пять дней я был в ужаснейшей переделке, а рядом со мной моя рота, мои курсанты, чуть старше тебя, с детскими лицами, но глазами взрослых, видавших жизнь людей; необстрелянные, не подготовленные к кочевым военным условиям, они стойко переносят все трудности. Не все ребята вернулись из боя, многие остались лежать в сырой земле. От личного состава осталось 13 человек...

Помнишь, ты часто приходил ко мне в училище и мечтал стать одним из курсантов? Помнишь того рыженького паренька, который восхищал тебя своей выправкой? Весёлый был парнишка. В минуты недолгого отдыха он смешил нас, вспоминал ЧП нашего училища и их виновников: танцора Котова, запевалу Королёва, Лабушева, тянувшего в строю ногу так, что всегда разрушал этот самый строй. Разорвавшийся фашистский снаряд не пощадил его. Он умер у меня на руках. Пока немцы раздумывали, как сломить оборону курсантов, мы похоронили бойца в берёзовой роще. Там было светло. Курсант умер, не успев сказать ни единого слова, ничего не передал своей матери и беловолосой маленькой сестрёнке, похожей на одуванчик в пуху. Он часто показывал нам её фотографию, хвастался, какой красивой она будет, когда подрастёт. Жаль, не увидит он этого.

Эх, молодые! Красивые! Жить да жить! Хочется рваться в бой, но не для славы, не для того, чтобы блеснуть своей храбростью, хочется разгромить эту фашистскую нечисть, которая заставляет гибнуть молодых. Но как это будет? Ценой скольких жизней?

Больше всего я люблю жизнь, но больше жизни я люблю тебя, мой сын, и твою мамку. И, зная, какой ужас, какие издевательства вас ждут, если победит Гитлер, как будут мучить вас, как будут издеваться над вами, я, любя вас, должен стоять здесь, на передовой, до конца, до победного конца.

Уже светает. Объявили общий сбор.

Продолжаю писать под аккомпанемент вражеской артиллерии. Не знаю, будет ли время закончить письмо. Атаки участились, времени на отдых совсем нет. Немцы лютуют. То, что вы читаете в газетах или слышите по радио, - это ничто в сравнении с тем, что мы видим почти ежедневно. Вот мои заметки, сделанные в ходе боёв.

5 октября 1941 года.

Наше пехотное училище поднято по тревоге. Мы ещё не знаем, куда предстоит ехать, но знаем одно - на фронт, знаем ещё, что идём защищать Москву. На Малоярославецком направлении нависла угроза прорыва фашистов непосредственно к столице. Наши войска оказались в окружении, не было сплошной обороны. Чем закрыть образовавшуюся брешь? Людей в резерве нет. Командование решило бросить пехотное и артиллерийское училища навстречу немецким псам, чтобы любой ценой задержать врага, пока не подойдёт возможная помощь. Поздно ночью проезжали мимо Медыни, где полыхал сильный пожар. Вот что оставляют немцы после себя - смерть и разрушения…

6 октября 1941 года.

Осматриваемся на местности. Заметив отсутствие должного усердия у курсантов в оборудовании окопов, командир 6-й роты Мамчич сказал: «Десять метров окопа лучше, чем метр могилы». Ещё не успели окопаться - уже в бой. Отбросили немцев от реки Изверь к реке Угре. Выиграли ещё один драгоценный день. Ребята наши молодцы. Спасли снаряды.

7 октября 1941 года.

Фашисты двинули танки и бронетранспортёры с пехотой. Мы занимаем выгодную позицию, так что враг, как бы ни пытался, не пройдёт. Какие у меня хорошие бойцы! Хоть молоды, да сердиты. Истинные патриоты, бились как львы, в сердце каждого одно - не пропустить фашистских гадов к столице. Курсант Войцех вместе с сержантом Звадой открыли огонь из миномёта по вражеским силам, таким образом лишили противника возможности ударить по незащищённым участкам обороны. Достойно выдержали боевое крещение огнём. Улыбаются - живы.

8 октября 1941 года.

Утро. Мы находимся в деревне Чернышовка. Пошли в наступление. В течение дня продвинулись до рубежа Пушкино, но попали под сильный огонь. Нет возможности там оставаться. Надо отступать. К вечеру отошли за Изверь.

9 октября 1941 года.

Враг увеличил свои силы. Придётся нелегко. Под командованием лейтенанта Дерюгина отбросили противника на противоположный берег Извери. К вечеру фашисты подтянули свои силы. Мои ребята подорвали склад с горючим на станции Мятлево. Взрыв смёл противника. Прожит ещё один день.

10 октября 1941 года.

Слышен гул самолётов. Видно, интересуют фашистов наши позиции. Без знания противника бой сложно выиграть. Первая курсантская рота, защищая мост через реку Шаню, попала в окружение и со значительными потерями вырвалась из вражеского кольца. Отступают все, моя рота тоже. Сколько фашисты забрали сегодня жизней, пока неизвестно. Но мы ничего не забудем, не простим.

Отступили в район Ильинского сектора Малоярославецкого боевого участка.

11 октября 1941 года.

Наконец, свои! Передовой отряд курсантов полностью выполнил свою задачу. Дорогую цену заплатили мы за это выигранное время. Передохнём - дальше нас ждут ещё большие испытания.

Сейчас подошёл один из моих курсантов и сунул мне два печенья. Откуда он их достал, не знаю. Но не съел, а принёс мне!

12 октября 1941 года.

Строим укрепления под непрекращающимся огнём противника. Не успеваем достраивать, события разворачиваются слишком быстро. Идёт бой. Стрельба, грохот танков, рассчитывать не на что, кроме винтовок и плеча товарища. Бомбят. Немцы сбрасывают на ребят с самолётов всё, что попадается под руку: бочки, обрубки металла. Звери! В мешке, который упал на нас сверху, оказался труп с запиской: «Вот вам председатель колхоза». Приложу все силы, чтобы доказать фашистской сволочи, на что способны советские солдаты.

13 октября 1941 года.

С громким зловещим свистом проносятся бомбы, оглушительные взрывы сотрясают воздух, грохочет артиллерия. Тяжко приходится бойцам, но не падают они духом. Курсант Гаврилов после полученной контузии частично потерял зрение. Не ушёл с поля боя, продолжал сражаться. Вот этим мы сильнее врага!!! А курсант Симонов? Сбил самолёт, с группой курсантов забросал гранатами немецких сапёров, восстанавливающих мост через реку Лужу. Тоже контузило.

Ненависть к врагу так сильна, что, как говорят бойцы, даже трофейные сигареты фашистом пахнут. Нечего их жалеть, ребята… Были б люди, а то…

14 октября 1941 года.

Бои продолжаются. Только что с дежурства вернулись курсанты Никитин и Кореневский. С большим удовольствием пожал им руки. Смутились. А ведь герои. Фашисты решили провести наши войска: переоделись в шинели, которые сняли с убитых курсантов. Думали пронюхать расположение. Надеялись, не поймём. Врагов в любом обличии узнаем!

Иду проверять посты.

23 часа 43 минуты (другой почерк).

Очнулся от страшной боли. Кто-то нёс меня на себе. Это был курсант Палыгин, который пишет сейчас под мою диктовку. Продержался я на этой войне недолго, жаль! Ещё много во мне сил и знаний, которые пригодились бы в борьбе с врагами. Какая ненависть кипит в крови! Я никогда не был трусом в бою, никогда не поддавался панике, поэтому и смерть встречаю спокойно. Я счастлив, что был бойцом в этой великой битве за Москву, за Родину.

Закрываю глаза и вижу свою улицу, зелёные деревья, цветы в саду, яркие-яркие...

У вас, мои родные, после войны будет жизнь такая же яркая, красочная, как эти цветы, счастливая... За неё умереть не страшно. Наденька, милая, не плачь. Хорошо умирать, когда знаешь, что о тебе помнят, тебя любят и никогда не забудут.

Алёша! Помни: жить для Родины, для русского свободолюбивого народа, бороться за честь и свободу его - в этом вся прелесть жизни. Ты мой заместитель, мой сынок, с матерью вы одни остаётесь. Не бросай её, помогай ей - она тебе лучший друг и советчик. Очень хочу, чтобы ты был настоящим моим сыном, таким, каким бы я хотел тебя видеть... Верю в это...

Через смерть, через небытие я обнимаю вас, мои дорогие, я целую вас как живой и родной вам папка и муж! Прощайте!

Текст подготовлен Яной РЕЗНИКОВОЙ,
ученицей 11 "В" класса средней школы пос. "Знамя Октября" (учитель И.Е. Белова).



Дополнительные материалы по обороне "Ильинских рубежей":
Если у вас есть какие-либо фактические материалы, касающиеся Ильинских рубежей (фотографии, схемы, тексты) - пожалуйста, присылайте их нам!

Заранее огромное спасибо!



Некоммерческое партнёрство "Ковчег"
Калужская область, Малоярославецкий район
E-mail: kovcheg@eco-kovcheg.ru